Аркхимир [СИ] - Никита Бураковский

   Облепляющую нас со всех сторон тишину изредка прерывали виртуозные поминания огров, что в коротких репликах изрыгались из уст Руфуса. Так как здоровяк замыкал шествие - он был практически лишен света от единственного факела и время от времени налетал на могильные плиты, тесные неровные ряды которых усеивали это старое и заброшенное место. Приглушенный шепот друга мог легко тягаться с ревом племенного быка в брачный период и окончательно ставил крест на нашей конспирации...

   Возглавляя процессию и бессознательно перешагивая через могилы, я вспоминал наш разговор с Малишей, впервые закончившийся, к моему огорчению, самой настоящей ссорой. Я никак не мог понять причину ее ревности и пытался объяснить разъяренной воительнице, что Бени - подруга детства, а моя любовь к ней - исключительно братская. Но Малиша ничего и слушать не желала! Все доводы, терпеливо приводимые мной раз за разом, она отметала точно капризный ребенок, не желая и даже не стараясь ничего понимать.

   - "Она же моя сестра!", - теряя терпение, наконец воскликнул я.

   - "Никакая она тебе не сестра - вы не родные!", - упрямо возразила Малиша.

   - "Не понимаю, чего ты добиваешься?!".

   - "Я хочу, чтобы ты не брал ее в наш отряд!".

   - "Чем же она нам помешает?!".

   - "Одно ее присутствие - достаточная помеха!".

   Мне пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы немного успокоиться и окончательно не потерять самообладание.

   - "Она идет с нами", - как можно более спокойно и твердо сказал я. - "Нравится тебе это или нет, но целитель нам нужен. К тому же так решило большинство".

   - "Нет! Так решил ты! Ты у нас главный!", - вспылила девушка. - "А вот что решила я: если она идет с нами, то я в последний раз иду с вами!" - с этими словами Малиша вылетела из комнаты, снова хлопнув за собой дверью.

   Я не первый день знал свою спутницу и был прекрасно осведомлен о ее ревнивом характере, хотя вспышка такой силы случилась впервые. Конечно, то, что сказала воительница - она сказала сгоряча, и не стоило придавать значения этим словам. Но мне все равно была очень неприятна вся эта сцена.

   Впрочем, я решил вести себя как обычно и не позволять моим личным чувствам или нашей с Малишей ссоре мешать слаженности отряда. Тем более теперь, когда перед нами стояла такая сложная и опасная задача.

   Из задумчивого состояния меня вывел Мелиор, мягко коснувшись моего плеча.

   - Чуешь, Никк? - тихо спросил он, и я сразу его понял: гнетущая атмосфера, которую мы ощутили, едва ступив на кладбище, теперь, по мере приближения к хижине, значительно сгустилась. Я молча кивнул и, потушив факел, сделал знак готовности.

   К дому мы подходили, сформировав боевой строй: Руфус и я шли впереди, закрывая Мелиора и Бени, в то время как Малиша прикрывала нас всех сзади. Маленькое окошко тускло сияло слабым светом.

   - Проходите, - неожиданно раздался из-за двери приглушенный голос.

   Кем бы ни являлся этот Нефариус, но ему удалось узнать о нашем прибытии даже не выходя из своего жилища! И ругань Руфа была тут абсолютно ни при чем - последнюю четверть часа здоровяк не проронил ни слова.

   После того как Мелиор дал знак о готовности магического щита, я быстро открыл дверь и с мечом наперевес первым вошел в хижину.

   Внутри царил полумрак. Воздух был спертым, холодным и влажным, будто мы прямиком попали в свежевырытую могилу. Это место и являлось источником тягостной атмосферы, что расползалась по всему кладбищу. Тут и там стояли свечки, слабый свет которых выхватывал из темноты небольшие части комнаты: расчерченные странными знаками человеческие черепа, исписанные магическими рунами полы и стены, мерцающие по углам и свисающие с потолка плотные куски паутины. Посреди комнаты, склоняясь над заваленным старыми книгами столом, к нам спиной неподвижно сидел человек, облаченный в ветхий темный балахон.

   - Ваши предосторожности здесь ни к чему, - не оборачиваясь, медленно проговорил он хрипловатым голосом. - Мне нет никакого смысла вредить тем, кто может оказаться полезным.

   К этому моменту вся наша группа уже находилась внутри.

   - Пред ликом нашим - некромант, - как всегда спокойно и без лишних эмоций изрек Мелиор.

   - Да, это правда, - проскрипел человек, наконец-то разворачиваясь к нам.

   Свеча за его спиной не позволяла увидеть лица, но оно меня сейчас мало волновало: я бросил быстрый взгляд на руки колдуна.

   - Я некромант и меня, как вы уже знаете от досточтимого эруса Фабера, зовут Нефариус. Как видите - я безоружен, - поднимая пустые руки, продолжил он, словно прочитав мои мысли, - и хотелось бы, чтобы вы убрали свое. Вы ведь пришли сюда не затем, чтобы сражаться?

   Мне показалось, что губы колдуна искривились в той гнусной ухмылке, про которую говорил дядя.

   - Не-е-е-т, - по-змеиному протянул он, не дожидаясь ответа на свой вопрос, - вы пришли сюда в поисках помощи, которую я все еще готов предоставить... - В словах Нефариуса я почувствовал всю мерзкую силу этого поправшего законы Империи отступника. Первый раз в жизни мне приходилось вести диалог с подобного рода человеком.

   - Прежде чем мы уберем оружие, - преодолевая невольное отвращение, вступил в разговор я, - хотелось бы более яркого освещения - зловещий полумрак совершенно не способствует налаживанию доверительных отношений.

   - Желание справедливое, - проговорил колдун, хлопнув в ладоши. И тусклые до того свечи, ударив нам в глаза, неожиданно заполыхали факелами.

   Я инстинктивно сгруппировался для атаки, но быстрее оказался белоснежный свет, который ослепительно вспыхнул за моей